Маша и Тёмный властелин  - Анна Гаврилова

На пир после всего пережитого идти не хотелось, но куда деваться? Под руку с Волковым, под радостные звуки толпы я вернулась во дворец. Именно там, в нескольких залах, были накрыты столы для знати, а для простого населения, включая армию тёмных, устраивали пиршество на улицах.

– Если твои воины нападут на моих мирных жителей, я тебя покусаю, – шепотом предупредила Волкова.

– Не бойся, Машуня. Не нападут, – с ласковой улыбкой ответили мне.

Тот факт, что сейчас утро, а по утрам пить вроде не положено, никого не беспокоил, и я тоже решила не волноваться. Однако, очутившись за столом и выслушав первый тост, пить не стала – мне же ещё девственности лишаться и в родной мир уходить.

Алекс отнёсся к алкоголю аналогично, только пригубил, зато когда ему предложили поцеловать жену (слово-то какое!), подчинился с радостью. Целовал, подлец такой, очень долго и искусно. У меня даже голова закружилась и коленки подгибаться начали от этих его губ.

– Шш-ш, – едва поцелуй закончился, сообщила Алексу я.

В ответ услышала уже звучавшее:

– Маша, ну хватит дуться.

Я презрительно прищурилась и предложила:

– На фиг иди.

Не пошел. Остался сидеть на своём стуле и держать меня за руку. И вот дополнительная подлость – не знаю, как все, а лично я завтракала! А делать это одной рукой дико неудобно. Вот совсем.

– Машунь, ну хватит, – опять позвал Волков. – Что сделать, чтобы ты меня простила?

– Ничего, – прожевав листик салата, буркнула я. – Просто отвали.

Опять-таки, не отстал, продолжил держать за руку, сильно мешая заслуженному чревоугодию и вызывая желание нервно почесаться. В какой-то момент я не выдержала, сказала:

– Ты даже не заметил моё платье!

– Кто? Я?!

Возмущение, прозвучавшее в голосе идейного противника, было таким, что даже жевать перестала. Уставилась на него, а он…

– Я-то как раз заметил! Но ты, милая моя, была слишком увлечена светлым жрецом!

Я задумалась, и уверенность пошатнулась – ведь было такое. Может, Алекс и правда челюсть там терял, а я просто не увидела? Впрочем, дела это не меняет.

– Да я там… – продолжил экс-властелин и сразу запнулся, – чуть с ума не сошел, когда ты появилась. Ты… – Он осёкся опять и замолчал, но выражение лица было весьма красноречивым.

Он смотрел так, что захотелось сложить лапки и растечься лужицей, но я гордо сдержалась. Потом вспомнила звучавшее только что предложение и…

– Хочу, чтобы ты признал, что романтическое фэнтези – это не «бабская фигня», а лучший литературный жанр!

– Поджанр, – поправил идейный противник, и моя рука потянулась к кубку с целью заехать кому-то промеж глаз.

Волков, не будь дурак, понял.

– Дорогие гости, можно минутку внимания? – воскликнул он, вставая. – У меня важное заявление!

Сказал. Нет, реально сказал! И пусть никто ничего не понял, стало приятно. Я даже улыбнулась уголками губ, а через миг услышала:

– Теперь ты меня простила?

– Почти.

Эмоции действительно начали утихать, и я наконец обратила внимание на присутствующих. За нашим столом сидели Хрим с Лааримом, змеелюды, Хашнаэр, Эля… Они радовались за молодоженов, а я вдруг чётко поняла, что пора расставаться. Что видимся в последний раз, что я уйду, а они останутся здесь.

Честно говоря, сильно привязаться к эльфийке и оборотню не успела, а вот оставлять сладкую парочку варваров и не менее сладкую парочку лаборантов было жалко. Зато они будут жить в моих воспоминаниях. А ещё они теперь в хорошем, по-настоящему светлом мире. Может, он и не настолько светлый, как мне бы того хотелось, но всё равно.

Я судорожно вздохнула и погрустнела ещё больше.

– Машунь, что случилось? – тут же отреагировал Волков.

– Неужели это всё? – «пояснила» я.